Десантура.ру
На главную Поиск по сайту Техподдержка
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Главная  |  Карта сайта  |  Войти  |  Регистрация

Опрос посетителей

Перевод факультета специальной разведки из Новосибирска в Рязань*






Включение училищ связи и автомобильного в состав РВВДКУ*






Будущее РВВДКУ*






  



Ветераны

Последние солдаты империи

Оценка обстановки была недолгой. БМД плавно вошли прямо в визжащую и ревущую толпу. Механики-водители превзошли сами себя - никто из обалдевших от безнаказанности "правоверных" не был намотан на траки боевых машин десанта.
По командам ротных десантура прыгала с брони прямо в ревущую толпу. Пожалуй, это больше щекочет нервы, чем прыжок с парашютом... "Ходу, пацаны!" Уже через несколько минут бойцам 5-й и 4-й рот удалось разрезать кипящую лавину надвое (в который раз пригодились приемы рукопашного боя)...


Учения


29.10.2017

ВОЕНКОР | НЕРУШИМОЕ БРАТСТВО – 2017

С 16 по 20 октября 2017 г. в Алматинской области на Илийском полигоне Вооруженных Сил Республики Казахстан прошло совместное учение с миротворческим контингентом государств-участников ОДКБ «Нерушимое братство-2017».



«Нерушимое братство» - этап постконфликтного урегулирования в рамках оперативно-стратегического учения «Боевое братство-2017». 

Журналисты и гости были приглашены на так называемый VIP-день 20 октября, когда демонстрировался результат отработанных задач во всей красе.

Мне же было интереснее посмотреть, как происходит процесс взаимодействия подразделений шести государств, без лоска и фанфар, поэтому на Илийский полигон я отправилась в среду 18 октября, в первый день активной фазы, а в субботу 21 октября, сразу же после окончания учения мне удалось поговорить с генерал-майором Алмазом Джумакеевым, командующим десантно-штурмовыми войсками сухопутных войск Вооружённых Сил РК, руководившим учением «Нерушимое братство». За что искренне признательна пресс-службе ДШВ СВ ВС РК.

08:00

18 октября – хмурый день, небо нависло над полигоном тяжёлыми тучами, ветер безжалостно срывает с берёз жёлтые листья и швыряет песок в лицо. Наша задача – найти колонну, которую мы будем сопровождать в составе конвоя. Едем, вглядываясь в серую ленту, ускользающую за горизонт. Справа – лагерь первого батальона.

Здесь митингуют «местные жители» - с ними пытаются поговорить россияне, на первый взгляд показавшиеся казахами. Оказалось, что это тывинцы. Отличный ход – отправить в зону конфликта азиатов, чтобы не раздражали местных своим внешним видом.

Первая реакция командиров – усилить пост на КПП, отправив вооружённых автоматами бойцов навстречу орущей толпе с транспарантами «покиньте нашу землю!».

Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

Пришли на блокпост люди и кричат, камнями кидают, твоя задача?

– Бах! вверх стреляю! – отвечает командир.

– Нет, мы с вами МИРОСТРОИТЕЛИ, а для этого должен быть подготовлен офицер, он на языке того народа должен подготовлен быть, чтобы он подошёл, разъяснил, зачем мы здесь, зачем вы дерётесь, это целая программа для офицера, и он должен быть обучен. Теперь, казалось бы, зачем на блокпосту женщина, а тут определили, женщина должна быть на блокпосту. Командир роты спрашивает: “Для чего? Зачем мне этот “головняк”?” - “ Хорошо, ты на блокпосту, идёт автобус, идёт отсев, как ты женщину обыщешь? Она мусульманка, она стоит в парандже, ты ее будешь обыскивать? Она тебе не позволит, она тебя загрызёт, а другая этим воспользуется – она себе под паранджу закидает взрывное устройство, к примеру”. Вот для этого нужна женщина, которая уведёт её в отдельную комнату, отдельно досмотрит. Вроде бы мелочь, а её надо предусматривать.

09:00

Проехав ещё несколько километров, приезжаем к месту дислокации конвоя: все ждут начала учения.

Есть время осмотреться и познакомиться с командующим коллективными миротворческими силами ОДКБ полковником Кучекбаевым Мереке Матимович, заместителем командующего Десантно-штурмовыми войсками по боевой подготовке ВС РК и командиром миротворческого батальона РК майором Серикбаевым Рахимжаном Жакыпбековичем.

Из беседы с майором Серикбаевым узнаю, что в Казахстане около 800 миротворцев, их средний возраст 25-30 лет. Подобное учение в РК проходит во второй раз. Интересуюсь, сколько времени понадобится на разворот лагеря. Ответ чёткий: от 2 до 4 часов, это время понадобится на организацию:

- паспортного контроля,

- таможенного контроля,

- медперсонала для оказания первой медицинской помощи,

- санэпидемстанции,

- фильтрационного пункта Национальной гвардии (для тех, кто не прошёл паспортный и таможенный контроль),

- обеспечения коммуникаций (связь),

- пожарной команды,

- мест размещения женщин с детьми и отдельно мужчин,

- обеспечения питанием,

- обучения детей в школе (если лагерь устанавливается надолго).

Мы разговариваем рядом с несколькими палатками – в малой возможно размещение до восьми человек, в средней - до 14.

Вдалеке ярким пятном посреди степи выделяется группа «местных жителей». Подхожу к девушкам и прошу сделать кадр – передо мной переодетые связистки, со вкусом вошедшие в образ временно перемещённых лиц.



Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

Был вопрос по подготовке этих мирных жителей. Это наши военнослужащие полка связи разведштурмового батальона, мы их готовили на каждый объект. Я сам приходил:

- А ты кто?

-  Я в деревне.

- Всё, как в жизни, делайте. Вот вас увозят, как беженцев, не все хотят уехать - у кого-то корова осталась, куры,  кто их кормить будет? И тут начинается – её тащат в автобус, она упирается, солдат не может понять, а тут ещё такая вводная – приехали, им сказали: «Сейчас будете перевозить беженцев». Командир подразделения там около народа стоит, думает, автобусы приедут, все рассядутся, а люди не садятся, и он приходит: «Почему не сели?». А его спрашивают: «А куда ты хочешь нас вывезти?». Он раз и попал: «В смысле?» - «Мы никуда не поедем». А у него времени всего лишь 20 минут. И он начинает: «Ну, в смысле, вы же беженцы» - «Какие мы беженцы?! Мы из посёлка Алга. Чё ты к нам припёрся? Вали со своей машиной, приехал, помощник, куда мы дома свои оставим? Ты нам потом оплатишь их?».

Или вот женщины из полка: «Рожала когда-нибудь?» - «Рожала». – «Закидайте ей подушку в живот». Закинули – «Всё, ты беременная, рожаешь». Стоит блокпост, мужик её приводит, она орёт дурниной, а мужик объясняет на казахском языке специально – россияне стоят, не могут врубиться, они забегали, тут она сидит, орёт. Воды отошли, рожает. Мы в ступор ставили. Обычно по накатанной идёт – сейчас придут, тебе скажут, он ответит. А тут мы ему  - раз, он сидит, о доме думает, о России, курит, а тут раз и пришла беременная. Так же в казахстанский лагерь пришли, там на русском начали говорить, потом на других языках тоже, чтобы часовой сначала не въехал, чего от него хотят. Так, беременная – так, связь, скорая, не просто скорая, она же в зоне конфликта, это надо её каким-то автомобилем охраны отправлять, это житель мирный.

Мы в ступор ставили до такой степени, мы хотели, чтобы люди по-настоящему понимали, что мы делаем.

10:00

Командующий отдаёт приказ выдвигаться, начинается движение: автомобили выстраиваются в колону, вертолёты поднимаются над конвоем, временно перемещённые лица собираются у палаток.

Я срываю джекпот: сегодня мне предстоит передвигаться в «Хаммере» разведки с начальником разведуправления ДШВ полковником Есетовым Бекболатом Гильмановичем.

Предупредительный водитель открывает люк, и вот я  на месте, которое обычно в боевых условиях занимает разведчик. Размещаюсь на специальном ремне, который позволяет вести обзор обстановки в 360 градусов.

Конвой готов: 5 автомобилей Arlan, 3 бронетранспортёра, 3 Камаза с прицепами (гуманитарный груз из 6 стран), 3 «Хаммера», командная машина БТР 80 К1М, специальный медицинский автомобиль на базе «Хаммера», 5 автобусов с перемещёнными лицами и 2 вертолёта Ми-17.

10:45

По пути следования конвоя на дороге видим брошенный автомобиль с «трупами». Колонна проезжает, останавливается медицинский «Хаммер», санитары оказывают первую помощь раненому, миротворцы из замыкающего БТР рассыпаются, занимая круговую оборону.

Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

Вот идут они маршем. Машина перевёрнутая стоит, манекены в крови лежат и один раненый. Вот и думай – остановишь 20 машин ради одного, чтобы разобраться, или другую команду дашь, конвой остановишь или пройдёшь? «Санитарку» отправишь - она взяла и взорвалась там же. Вот миротворец пошёл без сапера – подорвался. Хотя «скорая» выскочила, всё нормально, оказывается первая медицинская помощь. А тут вводная – взрыв. «Санитарка» взорвалась. Подходы были заминированы. Трупы все заминированы. Оказывается, сапёр должен первым идти. Так и происходило обучение. Вот так мы накидывали из опыта других войн.



11:15

Блокпост. Останавливаемся и наблюдаем, как досматривают проезжающих и обнаруживают самодельные взрывные устройства в автомобилях.

Миротворцы обыскивают «террористов», в нескольких метрах от обочины на коленях стоит пытавшийся сбежать подельник: в его автомобиле найдено заминированное устройство. Здесь всё правильно: работает сапёр, значит, никто не пострадает.

12:00

Конвой прибывает в посёлок Алга.

«Акимат», «мектеп», пустующие строения ждут беженцев. Это сегодня так, а по условиям учения это зона военного конфликта.

В это время на переговоры о прекращении огня в населённом пункте Алга миротворцы приглашают «глав» двух противоборствующих сторон. К ним присоединяются «представители ООН».

Переговоры проходят в спокойном русле, чему способствует правильный психологический настрой офицера, разъяснявшего условия временного перемирия: сейчас главное - подписать мирный договор, чтобы жителям могли оказать помощь едой, водой, начать санитарную обработку в связи со вспыхнувшей эпидемией.

Враждующие стороны отказываются идти на перемирие, права одной из этнических групп были нарушены во время последних политических выборов, обстановка накалена, этим воспользовались радикально настроенные жители. Но миротворцы не сдаются – в ответ на возмущённую речь политика голос переговорщика, наоборот, становится спокойнее. Такому офицеру не страшно и свою жизнь доверить. Видимо, похожая мысль срабатывает в голове у сопротивлявшегося «агашки» - договор подписан, но руки не пожаты.

Война – войной, а обед по расписанию.

Возвращаемся на полигон в 15:00.

В условный посёлок Алга уже привезли перемещённых жителей.

Миротворцы ведут патрулирование. Группа информационного противоборства проводит работу с мирным местным населением, разъясняя причины нахождения военнослужащих коллективных миротворческих сил ОДКБ в посёлке Алга. В состав группы входят офицер группы разведки, офицер службы военно-гражданских отношений, офицер по работе с населением.



Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

Командира не просто обучают, что ты разговариваешь со всеми подряд – с  одной женщиной или мужиком, нет, ты спрашиваешь, где у вас органы власти, где ваш участковый, ваш комитет. Власть может подсказать, что в этом доме живут те, кто больше бузу здесь делает, за этим нужен особый контроль. С ним уже миротворцы профилактику проводят. Кто будет проводить профилактику? Опять – должностное лицо. Какое? Подготовленное. Кто будет готовить? Вчерашний командир десантно-штурмовой роты пришел или мотострелковой – надо, значит, готовить. Получаешь гуманитарный груз, а ты уверен, что там гуманитарный груз, не взрывчатка, не оружие? Как проверить? Как он должен провести досмотр? Очень много вопросов, все не возьмёшь, но основные мы разрабатывали на учебных точках 16-17 октября во время слаживания.

Приезжают Камазы с гуманитарным грузом, их неосмотрительно паркуют в центре посёлка – и неуправляемая толпа стремительно расхватывает коробки.

Правильная вводная была дана командующим – именно так себя и ведут люди, не от того, что они плохие или хорошие, в подобных условиях стираются грани, главным инстинктом для человека остаётся один: выжить любой ценой. Тогда ты будешь рвать эту коробку с водой и едой у военного или у своего соседа, чтобы спасти себя и свою семью.

Занимаясь сбором гуманитарной помощи в 2015 году для пострадавших от наводнения жителей Карагандинской области, я размышляла, как потом раздавали продукты и вещи местным жителям – мы не могли оказаться физически там же, на месте, и проследить, дошла ли наша помощь до каждого. Тогда выручали фотоотчёты акимов сельских округов – главное, груз дошёл, и его выгружают.

Но как будет происходить выдача гуманитарного груза в зоне работы миротворческих сил? Именно с этой целью я ехала на учение «Нерушимое братство» - не восторгаться техникой и оружием, а понимать процессы, помогающие наладить нормальное существование обычных жителей в зоне вооружённого конфликта.

Наблюдая за происходящим в посёлке, мне удалось пообщаться с миротворцем из Военной полиции РФ о его опыте работы в Сирийской Арабской Республике (САР).

Подразделения Военной полиции РФ в САР занимаются вопросами по поддержанию мира, правопорядка в местах деэскалации конфликтов и в зонах урегулирования, кроме того, сопровождают колонны и раздают гуманитарную помощь в местах деэскалации конфликтов. В гуманитарную помощь входили продуктовые наборы, включавшие в себя рис, рыбные консервы, муку, сахар, предметы личной гигиены и первой необходимости. В САР учебный год начинается 15 сентября, и к этому времени также дополнительно были предусмотрены школьные принадлежности. Когда освобождали деблокированные районы, где люди очень сильно голодали, был очень быстро наведен порядок, разграничен поток беженцев. Первое время там выдавали не только продукты, но даже кашу, хлеб - в центр примирения враждующих сторон выходили полевые кухни, там готовили кашу. В состав центра примирения входили подразделения военной полиции, которые занимались гуманитарной помощью, и медицинские отряды специального назначения: выдавали продукты, врачи осматривали, давали лекарства.  Потом уже в освобождённых районах устраивались постоянные центры, где осуществлялся приём медиками, куда люди могли прийти за медицинской помощью, также там раздавалась гуманитарная помощь. В каждом центре примирения враждующих сторон были переводчики. Перед командировкой выдавались справочные материалы с простейшими выражениями «подойдите», «возьмите». Красный полумесяц, по словам моего собеседника, работает отдельно - в зонах, где находятся боевики.




Отправляюсь за комментарием к представителю Международного Комитета Красного Креста (МККК) – мне отвечает Ашот Астабацян, глава департамента по вопросам права и информационной политики:

- Всё зависит от конкретной ситуации, зоны конфликтов и других видов насилия бывают разные. В любом случае, принцип остаётся одним и тем же – гуманитарная помощь предоставляется на основе оценки наших специалистов, т.н. предварительного ассессмента. В экстренных, в чрезвычайных ситуациях, когда нужна срочная помощь предметами первой необходимости, едой, этот процесс максимально укорачивается.

- Что вы оцениваете?

- Гуманитарные нужды. Это может быть всё – продукты питания, вопросы, связанные с санитарно-гигиенической ситуацией, это может быть нарушенная инфраструктура, жизненно необходимая для гражданского населения. Предположим, не функционирует водопровод и не поступает вода, что сопряжено с массой гуманитарных вопросов в дальнейшем. Это может быть полная парализация службы медицинских учреждений, и население нуждается в предоставлении хотя бы каких-то стандартных медицинских принадлежностей и т.д.

- Образование?

- Образовательными программами мы не занимаемся, но, тем не менее, мы исповедуем многофункциональный подход к вопросу, т.к. точечного решения одного вопроса недостаточно. В это может входить и доступ к образованию в начальных и средних школах в тех зонах, которые отрезаны и не имеют возможности для нормального налаживания жизни.

- Как происходит взаимодействие с жителями в зонах конфликтов?

- Мы сотрудничаем с местными властями, в зависимости от контекста и страны это могут быть местные органы власти, какие-то местные органы самоуправления, комьюнити, представители духовенства или авторитетных людей. Это сотрудничество, безусловно, ведётся на местах, потому что одна из особенностей нашей организации – это близость к людям, которые нуждаются в помощи. Именно это помогает нам ориентироваться на месте, т.к. называемый принцип proximity.

- Как МККК относится к проявлениям гражданской инициативы, когда обычные люди собирают гуманитарную помощь?

- Это приветствуется. У нас нет монополии на гуманитарную помощь, и любые действия волонтёров, физических лиц и каких-то организаций, которые направлены на то, чтобы облегчить страдания людей в зоне вооружённых конфликтов, конечно же, приветствуются. В любом случае, это зависит от конкретной ситуации. Другое дело, что должна быть координация. Вся деятельность МККК претворяется в жизнь на средства доноров, в глобальном смысле. Продуктовые или гигиенические наборы аккумулируются на наших складах, на наших базах, в зависимости от оперативности и от ситуации.

- Сегодня на учении определены порядка 100 человек перемещённых лиц, на переговорах мы узнали, что здесь возникла эпидемия. Какие ваши действия здесь предусмотрены?

- По сценарию оценка уже была проведена. И мы будем играть свою роль – это прохождение гуманитарного конвоя в лагерь перемещённых лиц, которым предоставляется гуманитарная помощь на основе предварительной оценки гуманитарных нужд. Этим занимается МККК, у которого есть структура в условной «Алатуйской республике», и национальное общество Красного Полумесяца «Алатуйской республики».

Обращаюсь к представителю местного общества Красного Полумесяца, выполнявшего на учениях роль Красного Полумесяца «Алатуйской республики», Талгату Сагымбаеву:

- Что сегодня на учении входит в комплект для одного человека?

- Для перемещённых лиц у нас есть санитарно-гигиенические пакеты (мыло, зубная паста и щетка, шампуни, порошки, средства личной гигиены), туда также входят одеяло, еда, одежда зимняя (куртки, штаны, пуловер). Обуви нет. Также в своём гуманитарном запасе мы имеем ваучерную систему. Любой пострадавший может получить всё, что он захочет в любом супермаркете, кроме алкогольных изделий.

Выяснить, ваучер на одного человека или всё-таки на семью, мне не удалось, т.к. на оба вопроса я получила два утвердительных ответа. Итак, в одной семье, по стандартам, 5 человек. В рамках учения на человека предусмотрены 5 литров воды, 2 кг риса, консервы, макароны, подсолнечное масло.

Посмотреть на набор гуманитарной помощи я также не смогла, т.к. координатор по реагированию на ЧС Красного полумесяца Казахстана на тот момент с собой имел только постельное бельё, несмотря на предварительные договорённости о репортаже про работу МККК.

Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

С Международным Комитетом Красного Креста мы очень интересно работали, они приехали в первый же день учений, были у нас на вторых переговорах. Мы сказали, что они нам нужны и на активной фазе, и на слаживании, и, непосредственно, в VIP-день. На слаживании они разворачивали учебную точку, и всё, что по их мандатам, протоколам положено, они всё официально доводили - как они должны взаимодействовать, для чего предназначен Красный Крест. Пошла активная фаза, мы их тоже применяли – надо сопроводить представителя МККК из этого пункта до населённого. Приставили охрану, повезли, обеспечили, вернули, т.е. люди работали по-боевому. И на VIP-день мы для них из 40 минут целых 5 минут дали, чтобы все военные атташе, кто там были, гости, все силовики поняли, что при любом выполнении такой миротворческой задачи присутствие Красного Креста обязательно.

Взаимодействие между МККК и ОДКБ развивается с 2009 года на основании Протокола о намерениях. В учениях коллективных миротворческих сил ОДКБ Международный Комитет Красного Креста принимает участие с 2012 года.

15:30

Заскучав под накрапывающим дождём на холме командного пункта, я решила спуститься в самое пекло боевых действий – хоть меня и пугали, что там будет громко и страшно. Разрывами снарядов меня вряд ли можно испугать, когда ещё удастся понаблюдать за тактической зачисткой объекта миротворцами.

Итак, условный посёлок Дмитриевка заняли вооружённые преступники. Туда выдвигается миротворческий патруль на автомобиле специального назначения «Тигр» и на бронетранспортере БТР-80. На подходе к Дмитриевке патруль попадает в засаду, кого-то ранят.

Согласно замыслу учения, командующий КМС принял решение на блокирование населённого пункта силами тактического воздушного десанта. Террористы ведут ответный огонь. По опыту проведения миротворческих операций согласно мандату при самообороне и защите населения проводится агитация по прекращению огня и эвакуации мирных жителей в районе конфликта. Агитация происходит с помощью звуковещательной станции ЗС-88, находящейся на вооружении ВС РФ.


Жителей Дмитриевки тем временем вывозят на автобусах в фильтрационный пункт в сопровождении «Хаммера» ВС РК и  «Тигра» ВС РФ.

После чего происходит штурм объектов, занятых террористами. Дмитриевка блокируется «Беркутом». Штурмовые группы сводных полицейских сил КМС ОДКБ с крыши и земли одновременно проводят динамический штурм объекта.

Выживших боевиков захватывают и конвоируют в места заключения.

По окончании боевых действий в Дмитриевку выдвигается группа ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций – пожарные тушат возникший пожар, медики оказывают помощь пострадавшим.

16:50

Первый боевой день учения «Нерушимое братство» для меня закончен. А у военных идёт анализ сегодняшнего взаимодействия КМС ОДКБ – завтра всё это будет повторять второй батальон, чтобы в VIP-день 20 октября эффектно продемонстрировать отработанный  за неделю результат.



Комментарий руководителя учением генерал-майора Джумакеева А.Д.:

Как руководитель, я очень доволен. Когда были первый и второй туры переговоров среди министерств обороны наших шести государств, был определен Казахстан, были определены полигон и общий замысел – по нему мы должны были заниматься миростроительством среди двух противоборствующих контингентов, между которых нужно встать, разделить их двумя миротворческими батальонами, и всё. Остальное должен додумать штаб руководства, где непосредственно проходят учения. Мы как разработали систему проведения этого учения, план подготовки, программу по проведению учений, практически её выполнили на 95%. Это был новый формат. Если раньше на такие учения подразделениям приходилось прийти, встать лагерем и ждать, ждать, пока работают штабы. Эти 4-5 дней просто разделялись на 3: подготовка к VIP-дню (то, что журналисты смотрели 20 октября), второе - культурно-досуговая программа, третье – спортивные мероприятия. Обычно целый день готовимся, затем какой-то один день выделяем на культуру, потом всё остальное. Как руководитель учения я всё это поменял: первое – два дня мы даём на работу штабу, чтобы определили замысел, разработали решение, поставили боевую задачу, которую мы определили - вот ваша задача, вы пришли в регион, ваша задача такая, такая, такая. Штаб должен был принять решение, поставить каждому командиру задачу и выполнять её. Вот на это двое суток, практически, ушло. Личный состав в эти два дня начал заниматься боевым слаживанием. Мы развернули 23 учебных точки. 18-19 октября двое суток у нас была первая активная фаза учений, это не показные дни, а вот именно все работали по-боевому. Они в образ входили, как будто они в Африке, например, или в каком-то другом государстве. Мы должны, прежде всего, выполнять задачу, пока штабы работают, солдата научить – потому что приехали ребята из разных государств, мы их разделили по технике: кто-то никогда в жизни на «Арланах» не ездил, кто-то на «Тиграх». Надо было провести посадку, рассадку, как вести себя в случае нападения, подрыва и т.д. – вот и учебная точка. Как вести конвой, как принимать беженцев, как принимать  гуманитарные грузы, как их раздавать, как идти, как вести себя на блокпосту. А это разные люди - здесь армянин, белорус, казах, киргиз, россиянин, таджик, и у каждого своя азбука в голове, и он говорит, нет, мы думаем так. На этом боевом слаживании добивались единого понимания, как они должны действовать. И вот двое суток с 16 по 17 октября солдаты и офицеры младшего звена, пока штаб делал свою работу, занимались боевым слаживанием.

Мы провели спортивные мероприятия. Раньше было как? Армения, Беларусь, Кыргызстан, Россия, Таджикистан, Казахстан – все разделились, канаты дёрнули, Россия победила, например, Таджикистан. Не корректно тогда получилось. И было принято мной решение: вот первый многонациональный батальон, вот второй. Здесь стоят русский, белорус, кыргыз, таджик, армянин, казах. То же самое здесь, только батальон на батальон. И это людей объединило. Здесь он стоит, в затылок упёрся или нога в ногу. И тот же белорусский солдат, казахстанец с таджиком рядом - они дёргают канат у точно таких же ребят. Интереснее стало, и не стало обиднее для государств.

18-19 числа началась активная фаза. Всё, чему мы их учили на общем замысле – я старался двум батальонам одинаковые ставить задачи в разные дни. Сегодня этот батальон повёл беженцев с гуманитарной помощью, завтра другой батальон. Мы хотели сравнить работу командиров. Но вводные шли параллельно одинаковые.

В ночное время они у меня, практически, не спали. Только легли, в час ночи бу-бух, взрыв около лагеря, очередь автоматная, а мы беспилотник повесили ночью и смотрим, как они там бегают. Они раз в бой, тишина, наблюдатели – ночники, фонари, а по условиям выходить-то нельзя, потому что может на засаду напороться. Выскочила группа, а её тут же уничтожили, нанесли урон. Поэтому надо забаррикадироваться, если командир принимает решение принять бой - то оборонительный, у себя на базе. Уже должны быть подготовлены все огневые позиции, он уже понимает – ночью нападут, он утром всё откопал на всякий случай. Мы его наталкиваем на это – что ночью могут быть засады, могут быть налёты. И тут взрыв в час ночи. Часовых оставили, опять спать легли. Тут в три часа ночи опять взрыв. Они опять в бой. Опять тишина. В пять  утра третий взрыв. Они опять не понимают. Всё нормально? – нормально. Через полчаса опять ба-бах! А утром – митинг с транспарантами «уходите с нашей земли»:

- мы на учениях!

- на каких учениях?
Юрий Хачатуров, генеральный секретарь ОДКБ на открытии «Нерушимого братства-2017» в Алматы:

“19 сентября в Нью-Йорке я встречался  с заместителем председателя ООН Лакруа. По словам Лакруа, существует большая потребность в полицейском контингенте, особенно, в полицейских-женщинах. Есть такие страны, где с женщинами говорить имеют право только женщины. В России есть женщины-миротворцы, в Казахстане их немного уже есть, а в Армении пока нет, но будут, и будем участвовать. Лакруа ясно выразил желание, чтобы наши миротворцы принимали участие в миротворческих операциях по всему миру. Потребность в миротворцах ярко выражена, обстановка в мире меняется, лучше не становится, количество вооружённых конфликтов увеличивается.

Лучше не воевать, а заниматься миротворчеством. Потому что это и благородно, и почётно. Это больше подходит  нашим миролюбивым народам шести государств, входящих в состав ОДКБ. Мы видим серьёзную перспективу развития и применения ОДКБ во всём мире. Надеемся, что к 2019 году все организационные вопросы будут решены, и миротворцы начнут принимать участие в миротворческих миссиях во всём мире”.


Автор: Дина Сабирова, фото автора

Источник:
http://www.crossroad.kz/post/166809416998/odkb1
http://www.crossroad.kz/post/166809518728/odkb2

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку


Руслан Шадиев
30 фото к репортажу в фотогалерее сайта, ссылка - http://desantura.ru/photo/10698/

Яндекс цитирования liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня Все права на материалы, используемые на сайте, принадлежат их авторам.
При копировании ссылка на desantura.ru обязательна.
Professor - Создание креативного дизайна сайтов и любые работы с графикой